«Я плакал и умолял бога, чтобы не проснуться утром!» Заключенный сегежской колонии пожаловался на пытки, но суд ему не поверил и вынес новый срок

На пытки в сегежской колонии ИК-7 заключенные — бывшие и нынешние — жалуются с 2016 года, однако на систему ФСИН ничего не действует. Издание «Руна» рассказало история заключенного Кобы Шургая, уроженца Грузии. О нем адвокаты говорили еще во время выездного заседания президентского Совета по правам человека в Карелии в феврале 2017 года. На одном из совещаний с участием членов СПЧ московский адвокат Максим Камакин рассказал, в частности, об уроженце Грузии Кобе Шургая, на теле которого он своими глазами во время посещения тюрьмы увидел и зафиксировал следы избиений — например, следы перелома ребер.

Для истязания Шургая выводили в коридор, ставили лицом к стене на растяжку, требовали сделать доклад на видеокамеру, затем ее выключали и начинали пытать — сажали на шпагат, руками раздвигали ноги, разрывая паховые связки, избивали руками и ногами, стараясь не оставлять следов: «Я своими глазами видел опухшую синюю ногу и слышал, как хрустит его позвоночник. Это ужасающе, — рассказал тогда адвокат Камакин.

После ряда публикаций в федеральной и карельской прессе заключенного фактически спровоцировали написать заявление о побоях. Тот надеялся, что их будет легко доказать: при одном только взгляде на его тело становится очевидно, что заключенного мучили. Однако произошло прямо противоположное: на Шургая повесили обвинение в ложном доносе и дали новый срок. Дело соорудили на выводах экспертов, ограничившихся внешним беглым осмотром и рентгеновскими снимками, из числа которых внезапно пропали именно те, где были повреждения — сломанные ребра…

Об этом Шургая и его адвокат Леонид Крикун подробно рассказали 13 ноября в Верховном суде Карелии во время рассмотрения апелляции на приговор заключенному. В этой же апелляции, в частности, приводятся сведения о том, что заключенных в ИК-7 систематически избивали вплоть до визита в декабре 2016 года уполномоченной по правам человека России Татьяны Москальковой. Шургая попросил Верховный суд провести новое, объективное, рентгеновское исследование и привезти его на заседание лично (а не общаться посредством видеосвязи), чтобы он мог продемонстрировать следы пыток — выпирающие из груди ребра. Однако суд ответил на эти просьбы отказом. А вот как о пережитом в тюрьме рассказал сам осужденный во время судебного заседания:

Мне 46 лет, я никогда в своей в жизни не жаловался. Это было единственный раз: я думал, они никуда не денутся от сломанного ребра и сломанных ног. Оказывается, все равно я виноват… У меня ребро сломано, грудь повреждена, ушные раковины, ноги сломаны, позвоночник и лопатки повреждены, связки на ногах порваны, одна нога отличается от другой на 14 сантиметров, а в экспертизе написано — 1 сантиметр. Им можно верить, а мне нельзя?.. Полтора года меня пытали два раза в день. Я умолял бога, чтобы не проснуться утром! Я одеялом закрывался и плакал. Я не знаю, где еще правду найти. Если бы мне сделали хотя бы пару снимков, я доказал бы, что у меня сломано.

Адвокат потерпевшего Леонид Крикун пояснил на суде, что по делу Шургая следствие провело 4 экспертизы, однако ни на одну из них нельзя опереться. Они проводились либо без постановления о проведении экспертизы и по рентгенснимку, где не было сломанного ребра. Либо с экспертов не брали расписку о том, что они предупреждены об ответственности за ложное заключение, и они устанавливали личность заключенного со слов конвоя, а не по документам. Запрос же о перемещениях Шургая по учреждениям уголовно-исправительной системы впоследствии показал, что на такие экспертизы его не возили.

Однако судебная система проигнорировала выводы экспертов К. К. Карлова и В. Л. Малинина, привлеченных защитой. Кандидат медицинских наук Малинин с 20-летним стажем исследовал медицинские документы осужденного и предположил, что у него есть и переломы, и травмы и отметил, что необходимо провести дополнительные исследования. Хирург Карлов лично осмотрел Шургая и установил у него переломы ребер и ног: «Он их даже руками нащупал», — подчеркнул в суде защитник. Помимо этого, адвокат рассказал, что против Кобы Шургая дали ответные показания сотрудники колонии. Они, естественно, заявили, что никаких избиений в тюрьме якобы не было. Бывший начальник ИК-7 Сергей Коссиев, которого в декабре этого года начнут судить за превышение и злоупотребление должностными полномочиями, вылившиеся в вопиющий бардак в тюрьме, говорил то же самое. При этом сегежский суд не принял во внимание показания других заключенных о том, что они слышали крики Кобы Шургая во время избиений, как и показания об имевших место, в принципе, систематических пытках в отношении осужденных в сегежской колонии.

В августе суд все же признал Кобу Шургая виновным в ложном доносе и добавил ему 8 месяцев тюремного заключения. Верховный суд остался глух ко всем доводам осужденного и его защиты и 13 ноября отказал в удовлетворении апелляции. Однако адвокат Крикун уверяет, что на этом не собирается останавливаться. Он не верит в то, что кассация что-то изменит в этом деле и поэтому пообещал прокурору после заседания подать жалобу в Европейский суд по правам человека.

Главное, чтобы Россия не успела выйти из совета Европы. Не выйдем — тогда обязательно увидимся, — заявил защитник.

Источник: gubdaily.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.